Утром солнышко раскосое
Лучезарно означается,
А на ветке абрикосовой
Птица чёрная качается,
Птица вещая, известная,
Всесезонно вездесущая!
И меня она приветствует,
От молочника идущего.
Я в калошах старых шаркаю
По тропинке - мёрзлой ленточке,
А она поёт - не каркает! -
Безупречная брюнеточка;
Выдаёт рулады сольные,
Да подмигивает глазками,
Оперением на солнышке
Антрацитово-атласная!
И ступаю осторожно я,
Слух и взор мой умиляются:
Не ворона, а воронушка,
Здравствуй, славная красавица!
Пусть ты голосом не райская -
Горлового мастер пения! –
Сердцу песнь твоя февральская,
Как прелюдия весенняя!
Благодарю за каждую дождинку.
Неотразимой музыке былого
подстукивать на пишущей машинке —
она пройдёт, начнётся снова.
Она начнётся снова, я начну
стучать по чёрным клавишам в надежде,
что вот чуть-чуть, и будет всё,
как прежде,
что, чёрт возьми, я прошлое верну.
Пусть даже так: меня не будет в нём,
в том прошлом,
только чтоб без остановки
лил дождь, и на трамвайной остановке
сама Любовь стояла под дождём
в коротком платье летнем, без зонта,
скрестив надменно ручки на груди, со
скорлупкою от семечки у рта. 12 строчек Рыжего Бориса,
забывшего на три минуты зло
себе и окружающим во благо.
«Olympia» — машинка,
«KYM» — бумага
Такой-то год, такое-то число.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
