-почему ты меня никогда не зовёшь к себе?
-потому что я сам удивительно мёртвый бездомный.
-ты нигде не живёшь?
-я при жизни так часто болел, что был рад умереть в 18.09 во вторник.
-ну и как ты теперь существуешь?
-ты знаешь, никак. захожу в магазин через стены, толкаю прохожих,
иногда очень тянет курить, как живых, натощак.
-разве мёртвые курят?
-а разве живые предложат?
-улыбаюсь.
-и я, ты домой?
-ну, наверное…
сумерки, сплин.
хорошо, если где – то есть место по имени домик,
хорошо, если в домике люди без всяких причин
по следам на снегу узнают о тебе...просто помнят.
До восхода успели одеться,
За едой второпях рассвело.
На крыльцо выносили Младенца,
Подавали Марии в седло.
И шагнул за ворота Иосиф,
Мимолетного взгляда не бросив
На глухое спросонок село.
Петухи отгорланили зорю,
Гарнизону вручили приказ.
И вошли в обреченную зону,
Облеченные сталью кирас.
Вифлеем пробуждался дворами,
И привычно младенцы орали,
Как и в прежние годы не раз.
Поначалу входили, робея,
Ковыряли копьем как-нибудь.
И бросалась, рыча, Ниобея,
Словно рысь, на железную грудь.
И, обрызганы соком соленым,
По ребячьим мозгам несмышленым
Пролагали отчетливый путь
Виноградари царского сада,
Трудолюбием поражены.
А Иосиф семейное стадо
Уводил по тропе тишины,
По дороге, петляющей круто,
Предъявляя агентам "Сохнута"
Долгожданную визу Жены.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
