Был вечер светел, грустен, музыкален,
он свечи жег и наливал вина.
Вино кипело терпкостью в бокале,
а вечер уговаривал: до дна.
Я об одном жалела: не умею
ни ноты взять, ни слова написать.
Затягивался вечер, как на шее
петлю затягивает время-тать.
Бренчали дни в заклеенном конверте,
отпущенные строго на игру.
Обидно, ни на скрипке, ни на флейте
сыграть дуэтом с татем не могу.
Кончались время и вино. Безликий,
смурной поборник нищих и пьянчуг,
дождливый вечер блюз играл на скрипке,
приладив скрипку к моему плечу.
Так тож мой портрет. Неужели через аську подсмотрела? )
через зеркало))
Ощущение, что писала не ты, а кто-то, так, утехи ради графоманства...не в обиду Оль-не твое
да какие обиды, Мераб)
оно немного спортивное, это ты правильно почуял)
Как же быстро стихи становятся родными, мне уже откровенно не хватает в нем строчки Пастернака)
не представляешь, как легко я заменила эту строчку. ритм Пастернака увел, но мысли там совсем не мои. а теперь оно мое.
когда-то я пыталась на гитаре под чутким руководством. хрен мне а не гитара)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Как сорок лет тому назад,
Сердцебиение при звуке
Шагов, и дом с окошком в сад,
Свеча и близорукий взгляд,
Не требующий ни поруки,
Ни клятвы. В городе звонят.
Светает. Дождь идет, и темный,
Намокший дикий виноград
К стене прижался, как бездомный,
Как сорок лет тому назад.
II
Как сорок лет тому назад,
Я вымок под дождем, я что-то
Забыл, мне что-то говорят,
Я виноват, тебя простят,
И поезд в десять пятьдесят
Выходит из-за поворота.
В одиннадцать конец всему,
Что будет сорок лет в грядущем
Тянуться поездом идущим
И окнами мелькать в дыму,
Всему, что ты без слов сказала,
Когда уже пошел состав.
И чья-то юность, у вокзала
От провожающих отстав,
Домой по лужам как попало
Плетется, прикусив рукав.
III
Хвала измерившим высоты
Небесных звезд и гор земных,
Глазам - за свет и слезы их!
Рукам, уставшим от работы,
За то, что ты, как два крыла,
Руками их не отвела!
Гортани и губам хвала
За то, что трудно мне поется,
Что голос мой и глух и груб,
Когда из глубины колодца
Наружу белый голубь рвется
И разбивает грудь о сруб!
Не белый голубь - только имя,
Живому слуху чуждый лад,
Звучащий крыльями твоими,
Как сорок лет тому назад.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.