Мой грустный человек,
Ты всё о жизни знаешь.
Нетороплив твой шаг
И неподвижен взор.
Ты любишь крупный снег
И славу презираешь.
И мне твоя душа
Что соколу простор.
Бредём меж старых лип,
По островкам заносов,
В сиянье белых чащ,
В холодном свете крыш.
Увы, поэт погиб
В тебе. Но жив философ.
Ты кутаешься в плащ,
По-блоковски молчишь.
Не надо мне стихов -
Сомнительного счастья!
Бессонниц полубред,
Прозренья горький час -
Зачем он, плен оков
Столь вожделенной власти?
Мне нужен только свет
Твоих печальных глаз.
В сырой наркологической тюрьме, куда меня за глюки упекли, мимо ребят, столпившихся во тьме, дерюгу на каталке провезли два ангела — Серега и Андрей, — не оглянувшись, типа все в делах, в задроченных, но белых оперениях со штемпелями на крылах.
Из-под дерюги — пара белых ног, и синим-синим надпись на одной была: как мало пройдено дорог... И только шрам кислотный на другой ноге — все в непонятках, как всегда: что на второй написано ноге? В окне горела синяя звезда, в печальном зарешеченном окне.
Стоял вопрос, как говорят, ребром и заострялся пару-тройку раз. Единственный-один на весь дурдом я знал на память продолженья фраз, но я молчал, скрывался и таил, и осторожно на сердце берег — что человек на небо уносил и вообще — что значит человек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
