Мой Гумилёв не дожил до ГУЛАГа,
До урок, марширующих, что рать,
До мест, где заключённый, как собака,
Свой жалкий пай пытается урвать,
До голода, до заковских вагонов,
До рельсов, уходящих в никуда,
До низостных шаблонных эпигонов
Его литературного труда,
До Ани, утопающей в блокаде,
До Лены, умирающей в нигде,
До типовых хрущёвок в Ленинграде,
До седины в обвислой бороде,
До строящих амурскую дорогу
В бескрайних рамках нового пути.
Мой Гумилёв не дожил. Слава Богу.
Какое счастье – вовремя уйти.
А я смотрю на мир и мне противны
Политкорректность, ложь, кирпичность лбов,
Поп-звёзды, графоманы и кретины,
Синдром освободившихся рабов,
Излишняя – до глупости – свобода,
Ударившая, как электрошок.
Иосиф Бродский умер. Слава Богу.
Пожалуй, тоже вовремя ушёл.
Над белой бумагой потея,
перо изгрызая на треть,
все мучаясь, как бы Фаддея
еще побольнее поддеть:
"Жена у тебя потаскушка,
и хуже ты даже жида..."
Фаддею и слушать-то скучно,
с Фаддея что с гуся вода.
Фаддей Венедиктыч Булгарин
съел гуся, что дивно изжарен,
засим накропал без затей
статью "О прекрасном" Фаддей,
на чижика в клеточке дунул,
в уборной слегка повонял,
а там заодно и обдумал
он твой некролог, Ювенал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
