Когда ты о чем-то думаешь, это что-то
думает о тебе, вот и выходит,
что снег по субботам чистый, а ты мне звонишь навстречу.
Прямая речь, непрямая: слова, будто залп картечью.
По воробью? И осень уже на взводе.
Задраиваются соты
до следующей жизни, нашей с тобой, чужой;
контуры отпечатает белая плащаница.
Контуры встреч, разлук ложатся в слепой уток,
как ядра в мортиры, как всхлип уходящих уток;
ноябрь вгоняет спицы
в вечернюю память, и время идет баржой
по твердой воде реки. И по водной тверди
след, чтоб было куда возвратиться. Дважды.
И лечь в плащаницу.
Время в глазах смотрящего: толпа или, может, лица.
И все на горе, и в силосной яме каждый.
Я завтра Фальстаф твой, а ты мой сегодня Верди...
Здесь лапы у елей дрожат на весу,
Здесь птицы щебечут тревожно.
Живешь в заколдованном диком лесу,
Откуда уйти невозможно.
Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,
Пусть дождем опадают сирени —
Все равно я отсюда тебя заберу
Во дворец, где играют свирели.
Твой мир колдунами на тысячи лет
Укрыт от меня и от света.
И думаешь ты, что прекраснее нет,
Чем лес заколдованный этот.
Пусть на листьях не будет росы поутру,
Пусть луна с небом пасмурным в ссоре, —
Все равно я отсюда тебя заберу
В светлый терем с балконом на море.
В какой день недели, в котором часу
Ты выйдешь ко мне осторожно?
Когда я тебя на руках унесу
Туда, где найти невозможно?
Украду, если кража тебе по душе, —
Зря ли я столько сил разбазарил?
Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
Если терем с дворцом кто-то занял!
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
