Сегодня спешился мой всадник
у дальних призрачных болот:
веду его набегам счёт,
и каждый - мой кураж и праздник.
И вдохновения успех,
коль не пропал кураж в болотах,
и удивительное что-то
на свет родится, как на грех.
Моё спелёнутое «завтра»,
моё умершее «вчера» -
наверно, каяться пора,
и кушать постное на завтрак?
Мой всадник - мой скоромный стих,
всосавший кровь солёной вены,
такой бесстыдно-откровенный,
ну и живущий только миг.
Моё нескромное признанье
не осуждайте впопыхах:
вся жизнь моя в моих стихах,
я, как пчела летит за данью,
за вдохновением своим
лечу хоть в небо, хоть в болото,
и стих лелею семисотый.
А жизни бег неумолим!
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
