Больше всего на свете мечтается быть как все,
таким является Бог или на худой конец Моисей,
не обязательно в прямом смысле и в полную величину
(в этом месте рядом кто-то чихнул) –
современный подход вариативен к подобным вопросам,
клясться, любить и веровать допускается в переносном,
главное, чтобы целостно и гармонично.
Религиозный рынок вторичен,
а рынок идей ветх…
Чей это смех?
Я ведь как на духу!
Слышь, как оно там, наверху,
не страшно
всех пережить однажды?
Я как подумаю –
дурно.
Жизнь закончится мирным самоубийством
в пансионате «кому за триста»
над первой страницей рукописи
черновика временных лет.
Поминальный обед
станет последней каплей
пропитого залпом.
Только и выйдет, что написать –
всю жизнь люди тянутся к небесам,
но падают больно и не туда.
Из каждого человека получается два,
деление приближает к обычности,
побеждает количество,
расползается паззл…
Я мечтаю упасть!
Строю планы,
но мёртвые приходят во сне и говорят – рано!
Что они могут знать, блуждающие останки?
То, что для них смерть, человеку – приманка.
(в этом месте кто-то кого-то крестит)
Девочке медведя подарили.
Он уселся, плюшевый, большой,
Чуть покрытый магазинной пылью,
Важный зверь с полночною душой.
Девочка с медведем говорила,
Отвела для гостя новый стул,
В десять спать с собою уложила,
А в одиннадцать весь дом заснул.
Но в двенадцать, видя свет фонарный,
Зверь пошел по лезвию луча,
Очень тихий, очень благодарный,
Ножками тупыми топоча.
Сосны зверю поклонились сами,
Все ущелье начало гудеть,
Поводя стеклянными глазами,
В горы шел коричневый медведь.
И тогда ему промолвил слово
Облетевший многодумный бук:
— Доброй полночи, медведь! Здорово!
Ты куда идешь-шагаешь, друг?
— Я шагаю ночью на веселье,
Что идет у медведей в горах,
Новый год справляет новоселье.
Чатырдаг в снегу и облаках.
— Не ходи, тебя руками сшили
Из людских одежд людской иглой,
Медведей охотники убили,
Возвращайся, маленький, домой.
Кто твою хозяйку приголубит?
Мать встречает где-то Новый год,
Домработница танцует в клубе,
А отца — собака не найдет.
Ты лежи, медведь, лежи в постели,
Лапами не двигай до зари
И, щеки касаясь еле-еле,
Сказки медвежачьи говори.
Путь далек, а снег глубок и вязок,
Сны прижались к ставням и дверям,
Потому что без полночных сказок
Нет житья ни людям, ни зверям.
1939
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
