Ты бы взлетело, ты бы умчалось.
Ты бы запело о нашем начале.
Или поведало о продолженьи
между веками или мирами.
Ты бы к сиянию солнца припало.
Ты бы лучи для него собирало.
Пусть у него будет ясной дорога.
Пусть его тайны останутся святы.
Пусть его сердце с тобою пошепчет,
хочешь – словами, хочешь – дыханьем.
Ты б находило его по зову,
ты не искало б его в беззвучье.
Ты обнимало б его морщинки
там, где улыбку сдержать невозможно.
Ты бы и рядом, ты – и поодаль.
Если бы – не оковы.
Ты даришь глазам счастливые слёзы.
Ты стучишь в два раза сильнее,
будто место твое – в двух телах.
потому что услышало дивное –
«Моя любимая»
На тротуарах истолку
С стеклом и солнцем пополам,
Зимой открою потолку
И дам читать сырым углам.
Задекламирует чердак
С поклоном рамам и зиме,
К карнизам прянет чехарда
Чудачеств, бедствий и замет.
Буран не месяц будет месть,
Концы, начала заметет.
Внезапно вспомню: солнце есть;
Увижу: свет давно не тот.
Галчонком глянет Рождество,
И разгулявшийся денек
Прояснит много из того,
Что мне и милой невдомек.
В кашне, ладонью заслонясь,
Сквозь фортку крикну детворе:
Какое, милые, у нас
Тысячелетье на дворе?
Кто тропку к двери проторил,
К дыре, засыпанной крупой,
Пока я с Байроном курил,
Пока я пил с Эдгаром По?
Пока в Дарьял, как к другу, вхож,
Как в ад, в цейхгауз и в арсенал,
Я жизнь, как Лермонтова дрожь,
Как губы в вермут окунал.
Лето 1917
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
