Сгорает солнце, ветер ласков,
И горизонт без приговора
(Но позовите стайку птиц –
Крыло на солнце так прозрачно),
И заколдованная сказка
Не помнит собственных границ.
На берегу сидит Пандора,
Пытаясь затолкать обратно...
Нет, с этим все и так понятно,
А пусть с печальным взором дева
Сидит на берегу пустынном
(Пустынном – значит, можно плавать,
Так для сюжета интересней,
Потом совсем случится Троя).
Но там еще другие главы:
Плывут по волнам с бурей вместе
Не корабли, а дирижабли
(Пусть дирижабли, ведь красиво.
Да пусть хоть кто-то! – заколдуем,
У нас название такое.
И вообще – за то, что долго).
А рядом перья щиплет птица –
Сегодня это Вещий Ворон
(Вот пусть вещает, но туманно.
Но так, чтоб каждый догадался).
Кто не поверит – очень жалко
(И берег все-таки пустынный…).
А он еще умеет песни,
Хоть «Что ты вьешься….» (без гитары,
Ну, птица все же, где там руки?)
И вот поет он, в небе звезды,
И дирижабли к ним несутся...
Вот прямо с моря – в безвоздушном
(Тут перекур, и неизвестно,
Кого отправили на подвиг.
Но надо как-нибудь закончить,
А так надежней – не вернутся).
И смотришь вдаль – и грустно-грустно
От этих звезд и дирижаблей
(Но в основном – того, что в рифму),
И птица путает намеки
(Устала, сами разберутся).
Иди сюда, авгур пернатый,
Есть бутерброд с вороньим сыром.
Ты столько раз его роняла –
Вот помолчи и хоть попробуй.
Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь
полковника и машинистки. Взглядом
она напоминала циферблат.
Она стремилась каждому помочь.
Однажды мы лежали рядом
на пляже и крошили шоколад.
Она сказала, поглядев вперед,
туда, где яхты не меняли галса,
что если я хочу, то я могу.
Она любила целоваться. Рот
напоминал мне о пещерах Карса.
Но я не испугался.
Берегу
воспоминанье это, как трофей,
уж на каком-то непонятном фронте
отбитый у неведомых врагов.
Любитель сдобных баб, запечный котофей,
Д. Куликов возник на горизонте,
на ней женился Дима Куликов.
Она пошла работать в женский хор,
а он трубит на номерном заводе.
Он – этакий костистый инженер...
А я все помню длинный коридор
и нашу свалку с нею на комоде.
И Дима – некрасивый пионер.
Куда все делось? Где ориентир?
И как сегодня обнаружить то, чем
их ипостаси преображены?
В ее глазах таился странный мир,
еще самой ей непонятный. Впрочем,
не понятый и в качестве жены.
Жив Куликов. Я жив. Она – жива.
А этот мир – куда он подевался?
А может, он их будит по ночам?..
И я все бормочу свои слова.
Из-за стены несутся клочья вальса,
и дождь шумит по битым кирпичам...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
