Когда надсмотрщица-ночь задремлет,
Прикрывши облачным веком око
Луны, и звёзды-перидинеи
Опустятся во вселенной глубь,
Мой друг, во мраке, затмившем земли,
Томясь у чёрных решёток окон,
В забытой Богом периферии
Тоску привычную не голубь!
И пусть ты заперт, как птица в клетке,
В саманной хате на табурете,
Ведь не ослеп ты и не проказой
Съедает тело текучий гнёт -
Всплывут чудесные ночесветки
Лишь только облачность сдует ветер,
И ночь лукавым по-бабьи глазом
Тебе, конечно же, подмигнёт!
У памяти на самой кромке и на единственной ноге стоит в ворованной дублёнке Василий Кончев - Гончев, "Ге"! Он потерял протез по пьянке, а с ним ботинок дорогой. Пьёт пиво из литровой банки, как будто в пиве есть покой. А я протягиваю руку: уже хорош, давай сюда!
Я верю, мы живём по кругу, не умираем никогда. И остаётся, остаётся мне ждать, дыханье затая: вот он допьёт и улыбнётся.
И повторится жизнь моя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
