Красная птица на жердочку сядет,
Выведут водных коней гондольеры.
Вот уже трогает ветер портьеры,
Словно лицо заслонившие пряди.
Все там в порядке – мертвы инженеры
Тонких материй, татарской манеры –
Можно уже никого не спасать.
Нет никакой оживляющей веры.
Если и есть, разойдемся опять.
Темное поле и всходы и всходы.
Шел Моисей не пустыней, а полем.
Нес на себе нашу русскую коду...
Нес на руках нашу русскую волю...
Нес бы, когда бы сумел удержать.
Ветер горячий под утро остынет.
Поле вздохнувшее пахнет полынью.
Просто пустыня и только пустыня...
Сколько их, чтобы свободы не знать?
О память сердца! ты сильней
Рассудка памяти печальной,
И часто сладостью своей
Меня в стране пленяешь дальной.
Я помню голос милых слов,
Я помню очи голубые,
Я помню локоны златые
Небрежно вьющихся власов.
Моей пастушки несравненной
Я помню весь наряд простой,
И образ милой, незабвенной,
Повсюду странствует со мной.
Хранитель Гений мой — любовью
В утеху дан разлуке он:
Засну ль? приникнет к изголовью
И усладит печальной сон.
1815
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
