Серый город плывет словно мартовский лед.
Разъедает следы -- нас никто не рассудит.
(Я в розетку налил яркий солнечный мед).
Раз не знает никто, так никто не осудит.
Желтый глаз офарфоренный помнит весну --
майский дар от пчелиного щедрого улья.
Ну а к ночи в бокал теплый бренди плесну --
и вода потечет по щеке иссыккулья.
На медовом глазу, на коньячном глазу
Расскажу вам про мартовский город замерзший.
В слез соленых озерную воду ползу.
-- Полегчало?
-- Да нет, стало горше...
В деревне Бог живет не по углам,
как думают насмешники, а всюду.
Он освящает кровлю и посуду
и честно двери делит пополам.
В деревне Он - в избытке. В чугуне
Он варит по субботам чечевицу,
приплясывает сонно на огне,
подмигивает мне, как очевидцу.
Он изгороди ставит. Выдает
девицу за лесничего. И в шутку
устраивает вечный недолет
объездчику, стреляющему в утку.
Возможность же все это наблюдать,
к осеннему прислушиваясь свисту,
единственная, в общем, благодать,
доступная в деревне атеисту.
1967
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
