В Ледяных Пустошах царила сонная тьма, он складывал слово "вечность"
Изо льда – весна, изо льда – зима, дальше – целая бесконечность…
Он упрямо искал эти кубики букв, получались лишь многоточья.
Он чуть-чуть постарел, стал упрямей и груб, а одежда порвалась в клочья.
Он шептал те слова, что забыл январем (а быть может, то был – декабрь?),
Он не помнил ни дома, ни лиц, ни имен, ни маршрута, ни свой корабль.
Он искал ее взгляд, он ловил ее ртом, она стала его королевой,
А в ответ получал лишь сплошные "потом" и глухие меж ними стены.
В этих Пустошах сотни следов, теней, но давно голосов не слышно…
Она знала – судачили люди о ней и жалела, что так вышло.
Ей казались ложью его глаза, ее сердце давно застыло,
Но кусочек его ему отдала и нечаянно вдруг забыла,
Что о вечности в шутку сказала она, что коньки обещала и солнце…
Билась в Пустоши той весной тишина, обжигая морозом оконца.
Он давно постарел, но из кубиков тех собирает упрямо свободу.
Она ищет того, кто безумен и смел и печально глядит на воду.
Как дрожала губ малина,
Как поила чаем сына,
Говорила наугад,
Ни к чему и невпопад.
Как нечаянно запнулась,
Изолгалась, улыбнулась —
Так, что вспыхнули черты
Неуклюжей красоты.
Есть за куколем дворцовым
И за кипенем садовым
Заресничная страна, —
Там ты будешь мне жена.
Выбрав валенки сухие
И тулупы золотые,
Взявшись за руки, вдвоем
Той же улицей пойдем,
Без оглядки, без помехи
На сияющие вехи —
От зари и до зари
Налитые фонари.
1925
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
