«Я сидел на горе, нарисованной там, где гора...»
А. Еременко
Близость к тебе разлагающе действует на разложение
на множители, на спряжения, падежи;
то ли последний липовый лист с вечера все кружит —
не упадет, то ли стремительное обморожение
воображения бродит по комнате, кормит рыбок,
сдвинуть пытается мертвый маятник —
стоящий над временем памятник
старику Розенбому — доброму духу корабельных рубок.
Можно смотреть кино, в окно, в глаза, вбок или в прошлое;
взгляд биполярен: одномоментно боится и хочет.
Потому, чем ближе-дальше предмет, тем менее точен:
размыт. Зрачок дрожит, возвращаясь в пошлое.
Близость тебя разлагающе действует на размножение
мыслей, слов, полярных незримых сов;
на половине пути к южному полюсу на брюках залип засов,
начинается торможение.
Нужно сдавать позиции, города, анализ мочи, экзамен,
быть везде и всем, невидимым и всегда.
Вода, слава богу снова с небес вода;
маятник врос в обои, и до ремонта замер.
Стоит войти, и тут же маячит зуммер
на выход: на бреющем успеть бы рвануть кольцо.
Близость с тобой возвращает в страну отцов,
я позавчера там умер...
Э. Ларионова. Брюнетка. Дочь
полковника и машинистки. Взглядом
она напоминала циферблат.
Она стремилась каждому помочь.
Однажды мы лежали рядом
на пляже и крошили шоколад.
Она сказала, поглядев вперед,
туда, где яхты не меняли галса,
что если я хочу, то я могу.
Она любила целоваться. Рот
напоминал мне о пещерах Карса.
Но я не испугался.
Берегу
воспоминанье это, как трофей,
уж на каком-то непонятном фронте
отбитый у неведомых врагов.
Любитель сдобных баб, запечный котофей,
Д. Куликов возник на горизонте,
на ней женился Дима Куликов.
Она пошла работать в женский хор,
а он трубит на номерном заводе.
Он – этакий костистый инженер...
А я все помню длинный коридор
и нашу свалку с нею на комоде.
И Дима – некрасивый пионер.
Куда все делось? Где ориентир?
И как сегодня обнаружить то, чем
их ипостаси преображены?
В ее глазах таился странный мир,
еще самой ей непонятный. Впрочем,
не понятый и в качестве жены.
Жив Куликов. Я жив. Она – жива.
А этот мир – куда он подевался?
А может, он их будит по ночам?..
И я все бормочу свои слова.
Из-за стены несутся клочья вальса,
и дождь шумит по битым кирпичам...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
