А вечная любовь, шагреневую кожу
На плечи натянув, гуляет по себе
По встречной полосе – да вон она с прохожим.
Нет, снова не она, но где-то же в толпе –
Вот только схлынет с плит асфальтовых лангетов
Мышиных пиджаков конторская волна –
Лишь руку протяни, почувствуешь, что эта.
А если и не та – почувствуешь сполна.
Да чувствуешь, уже сполна перевалило,
И вечная она навечно занята,
И вечера в окне чистопородным рылом
Вползают в карты слов, и комната пуста.
Ваш Росинант устал, и реки обмелели,
И не найдешь теперь приличного пера.
Ну, можно с коленца' про Гоголя в шинели,
Про тройку в бубенцах, да только на зачем.
Потом один в один про «сахар был красивей»,
Мол, классики не те и мезозойный мел.
Расплакаться письмом «да вы ли еще живы?»
И «черный пистолет в том веке заржавел».
И завести Кармен – поймать и одомашнить,
Халатик привязав за тонкий поясок.
И выйти в поле и... да ладно, кони-пашни,
Из двух предметов тут в наличии – висок.
На земле пустая лебеда,
Горизонт раздвоенный приподнят.
Умираешь – тоже не беда,
Под землею известь и вода
Вещество до края переполнят.
Краток век собачий или птичий,
Повсеместно смерть вошла в обычай.
Тех, что в детстве пели надо мной,
На ветвях не видно ни одной.
Кошки нашей юности заветной
Выбыли из жизни незаметной,
Каждая в могилке ледяной.
Больше Горького и Короленки,
Отошедших в землю подо мной,
Для меня значенье канарейки,
Лошади порядок потайной.
Даже дети, целясь из рогатки,
Не дадут нам смысла и разгадки,
Потому что известь и вода
Не заменят птицы никогда.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
