Край журавлиных ливней, лиловый рай,
реющий из варяг и непоспевший в греки,
раки в реке, полнокровны ветвистые руки-реки,
волчий вой за луной, близ, собачий грай.
Давят на реки кисельные берега,
снисходительно шьют мосты, тачают лоскут к прорехе,
хлопают по плечу: дружище, в нашем локальном рейхе
греет в душе сороку скорая пустельга.
По вечерам небеса в ручье – как в реке
вымыты руки: до снежного хруста, до боли чисто –
медленно тонут, созвездий звеня монистом.
Смотрит в рассвет беременная Рахель…
Сергей, я никак не могу въехать в первую строфу, или с препинаками что-то, или я туплю. Остальные строфы на высоте.
"По вечерам небеса в ручье, как в реке,
Медленно тонут, созвездий звеня монистом.
Вымыты руки до снежного хруста, до боли чисто -
Смотрит в рассвет беременная Рахель..." -
это прочиталось так, но не смею просить и требовать)).
Возможно вторая слегка объясняет первую (надеюсь)? Написалось именно так (простите уж). Писалось очень долго (около 2-х лет), поэтому все на выстраданных местах. Огромное спасибо за попытку: очень важно для меня и обязательно пригодится!!!
замечательно написано
почему то вспомнился вот этот стих
1985 год
Мария у зеркала
Когда Мария в уголке укромном,
перед разбитым зеркалом, одна,
измученную память освежая,
разглядывала тело, как чужая,
вдруг на плече увидела она
пятно — неясный след от поцелуя.
И зеркала немая глубина
себя открыла, и одна волна,
как некий ангел, пела: «Аллилуйя!»
И, стоя у расколотой пучины,
в чьей глубине боролись свет и тьма,
уже Мария видела сама,
как сбрасывали плотские личины
людские души в час своей кончины,
как возросла ее любви чума,
как тот, кого она познать хотела,
чтоб жизнь изжить и смерть предугадать,
к ней снизошел, как Божья благодать,
был дух Его — одно сплошное тело.
Еще на свет ее душа летела,
и ангелы не начали рыдать,
но воздух полон был предощущенья
любви — и вот остановилось время,
и, чтоб принять сияющее семя,
ей нужно было плоть свою отдать.
И некий ангел ей сказал: «Смотри!»,
и вот она увидела внутри
себя самой
неясное движенье,
как будто кто-то дышит и живет
там, в глубине ее двойного тела…
Но зеркало от боли запотело,
и, тихо отодвинув отраженье,
Мария свой погладила живот.
С.Кекова
Благодарен за такую лестную для меня ассоциацию!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Того вы мужа, что приятна зрите
Лицом, что в сладких словах, клянись небом,
Дружбу сулит вам, вы, друзья, бегите! —
Яд под мягким хлебом.
Если бы сердце того видеть можно,
Видно б, сколь злобна мысль, хоть мнятся правы
Того поступки, и сколь осторожно
Свои таит нравы.
Помочи в нуждах от него не ждите:
Одному только он себе радеет;
Обязать службой себе не ищите:
Забывать умеет.
Что у другого в руках ни увидит,
Лишно чрезмерно в руках тех быть чает
И неспокойным сердцем то завидит:
Все себе желает.
Когда вредить той кому лише сможет,
Вредит, никую имея причину;
Сильно в несчастье впадшему поможет
Достичь злу кончину.
Ни седина честна, ни святость сана,
Ни слабость пола язык обуздати
Его возможет; вся суть им попрана,
Всех обыкл пятнати.
Кому свое с ним счастие благое
Не дало знаться, хоть хул убегает.
Божие имя щадит он святое,
Что бога не знает.
О царю небес! иже управляешь
Тварь всю, твоими созданну руками,
Почто в нем наши язвы продолжаешь?
Просим со слезами —
Пусти нань быстры с облак твои стрелы,
Законоломцам скованны в погибель,
И человеческ радостен род целый
Узрит его гибель.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.