Когда уже ничто не обещает Трою,
За окнами метель, полпятого утра,
Возьмешь и совершишь открытие чужое,
Что, к Богу или нет, пора, мой друг, пора.
Ты, собственно, готов, ты даже не ложился.
Не то чтобы горит. И очередь не жмет.
Но если до небес сейчас не дозвонимся
Поговорить за жизнь – поговорим насчет.
До первых петухов не подвиг продержаться,
Да только ты каких здесь видел петухов –
Здесь держат синих птиц счастливого эрзаца.
И держат – мальчишей – эрзацы за лохов.
Полпятого утра – ни зги, ни человека,
Ни дворника совсем – напился человек.
Пока, собака, спит, твой звездолет уехал.
Ну, пусть мусоровоз. И подвиги. И век.
Я в детстве заболел
От голода и страха. Корку с губ
Сдеру - и губы облизну; запомнил
Прохладный и солоноватый вкус.
А все иду, а все иду, иду,
Сижу на лестнице в парадном, греюсь,
Иду себе в бреду, как под дуду
За крысоловом в реку, сяду - греюсь
На лестнице; и так знобит и эдак.
А мать стоит, рукою манит, будто
Невдалеке, а подойти нельзя:
Чуть подойду - стоит в семи шагах,
Рукою манит; подойду - стоит
В семи шагах, рукою манит.
Жарко
Мне стало, расстегнул я ворот, лег, -
Тут затрубили трубы, свет по векам
Ударил, кони поскакали, мать
Над мостовой летит, рукою манит -
И улетела...
И теперь мне снится
Под яблонями белая больница,
И белая под горлом простыня,
И белый доктор смотрит на меня,
И белая в ногах стоит сестрица
И крыльями поводит. И остались.
А мать пришла, рукою поманила -
И улетела...
1966
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
