...Что оставил я в этой Стране?
Непонятной...чужой...безъязыкой...
Посинела и вздулась во мне
пересохшая вена арыка.
Нёс в карманах полынную степь
и колючую соль галофитов,
обречённо тащился в хвосте
караванов, цветами расшитых.
В пропылённой сидел чайхане,
пил закат, обжигаясь и плача.
Память сердца томил на огне,
да хлестал изнурённую клячу.
Проклинал мошкару и самум,
средь камней извивался гюрзою
в этом долгом пути наобум
прокажённого в свой лепрозорий.
Я вливался в полки янычар,
наслаждался сверканием сабель,
на безумном наречьи рычал,
города неприступные грабил.
Низко-низко висела луна -
поперёк рассечённая дыня.
А во мне умирала Страна
и цветком распускалась пустыня.
_____________
Галофиты — наиболее солеустойчивые растения, накапливающие в вакуолях значительные концентрации солей. Растут на влажных засоленных почвах (солончаки и т.п.).
Я ПОВТОРЮ ЕЩЕ РАЗ - ТЫ ГЕНИАЛЬНЫЙ ПОЭТ!!!!!
Чтобы ты никогда не сомневался!
Что такое самум?))
Ты знаешь, перечитываю несколько раз подряд)
ОЧЕНЬ КРАСИВО! КАЖДОЕ СЛОВО! Но непонятно... Что здесь все же происходит? В человеке умирает СТРАНА (полнота жизни) и распускается пустыня... (пустота?) Или совсем наоборот?)))
Низко-низко висела луна -
поперёк рассечённая дыня.
А во мне умирала Страна
и цветком распускалась пустыня.
Я отшельник - погиб лиходей,
И глаза, как закрытые щели...
Не хочу больше видеть людей
Восхожу я к Аллаху... у цели...
Отпускаю все беды земли...
Все грехи ваши я отпускаю
Эти суры меня увлекли
На погибель, на взлет - я не знаю...
Эти суры меня увлекли
На погибель,
Теперь это знаю...
Умер я или умер Христос...
Никогда не понять, объясниться...
На ветру я стою во весь рост,
Превращаясь в черную птицу...
Наносная сойдет чешуя
Полечу я к дубравам озерам...
Может, блудного сына, меня...
Не прогонит Россия укором...
Не ищите рая в краях
Вам неведомых близких далеких...
Ожидает надежд ваших крах
В нищете, скитаниях долгих...
Ожиданья рассеются в прах...
В нищете, скитаниях долгих...
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я изучил науку расставанья
В простоволосых жалобах ночных.
Жуют волы, и длится ожиданье --
Последний час вигилий городских,
И чту обряд той петушиной ночи,
Когда, подняв дорожной скорби груз,
Глядели вдаль заплаканные очи
И женский плач мешался с пеньем муз.
Кто может знать при слове "расставанье"
Какая нам разлука предстоит,
Что нам сулит петушье восклицанье,
Когда огонь в акрополе горит,
И на заре какой-то новой жизни,
Когда в сенях лениво вол жует,
Зачем петух, глашатай новой жизни,
На городской стене крылами бьет?
И я люблю обыкновенье пряжи:
Снует челнок, веретено жужжит.
Cмотри, навстречу, словно пух лебяжий,
Уже босая Делия летит!
О, нашей жизни скудная основа,
Куда как беден радости язык!
Все было встарь, все повторится снова,
И сладок нам лишь узнаванья миг.
Да будет так: прозрачная фигурка
На чистом блюде глиняном лежит,
Как беличья распластанная шкурка,
Склонясь над воском, девушка глядит.
Не нам гадать о греческом Эребе,
Для женщин воск, что для мужчины медь.
Нам только в битвах выпадает жребий,
А им дано гадая умереть.
1918
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.