"Даже если дьявол и явится предо мной,
я смогу лишь одарить его своей любовью, потому
что во мне нет ничего иного.
Все, что у меня есть – это любовь; "
Рабие аль-Адабийе
...Я ношу Свет,
Свет изобретательный,
что готов для осмотра.
Защемил я Свет аортой в себе
и оба мы, как великое событие.
Вырвались мы,
как непогрешимость,
стоя,
как колонны Гирама,-сына вдовы.
Свет шумен
и
низвергнуть его невозможно.
Мой огненный рыжий пес,
не лжет,
тьмы не знает,
тьмы, что нельзя рассеить.
Свет свободен во мне,
я свободен в Свету.
Мы в совершенном
изученом искусстве-
КИПЯТИТЬ ГНЕВ И ЗАВИСТЬ,
и превращаются они
В ПРЫСТЫЖЕННОСТЬ И СЛАВУ.
Свет не снится мне,
я не снюсь Свету.
Наша реальность сторожит замок Смерти
от запахов запыленной вечности.
ВОРОН
знает о наших похождениях
и каркает, когда Свет МЕШКАЕТ, ПРОХОДЯ БОЛОТО,
ЧТО В ТОТ МИГ ПОХОЖ НА ОБМАНЧИВОЕ МОРЕ.
Ворон
знает СТРАШНУЮ КОНЦОВКУ ИЛЛЮЗИИ ВДОХОВ,
-ОНИ ПРЕВРАЩАЮТСЯ В СОН!
Свет, всегда распахнут, и не смею я
закрывать ставни груди, когда дует многоцветная злоба.
Я-хотящий созидать
раскромсанное и разбросанное.
Свет проповедует
вновь безумие
тотальной Свободы.
Свет не любит склоны,
нет мудрости в них,
они утратили
ЧУВСТВОВАТЬ ПАДАЮЩИХ.
Я не люблю цепи, от них жажда и рождают они лишь
скрежет зубовный.
Свет защищает меня от ужаса,
я защищаю Свет от праведных.
Свет одел меня в шкуру кротости,
И СДЕЛАЛ СТЫД БЕЗЗВУЧНЫМ.
Я готовлю Свет для последнего уединения,
И РИСУЮ КАРТУ НУЖНОЙ НЕВОЗМОЖНОСТИ.
Мы не любвеобильны, но МИЛОСЕРДНЫ К ЛЮБЫМ ЧУДОВИЩАМ,
Золотистого меда струя из бутылки текла
Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:
- Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,
Мы совсем не скучаем,- и через плечо поглядела.
Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни
Сторожа и собаки, - идешь, никого не заметишь.
Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни.
Далеко в шалаше голоса - не поймешь, не ответишь.
После чаю мы вышли в огромный коричневый сад,
Как ресницы на окнах опущены темные шторы.
Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград,
Где воздушным стеклом обливаются сонные горы.
Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,
Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке;
В каменистой Тавриде наука Эллады - и вот
Золотых десятин благородные, ржавые грядки.
Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина,
Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала.
Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена,-
Не Елена - другая, - как долго она вышивала?
Золотое руно, где же ты, золотое руно?
Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,
И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,
Одиссей возвратился, пространством и временем полный.
11 августа 1917, Алушта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
