*
Мне, переплывшей восемь раз
Владенья мертвые Харона,
Мне, каждый выловленный шанс
Омывшей соком белладонны,
Зачем – вот мне, зачем – сейчас?
Но Ты молчишь. И катит волны
Река, не помнящая нас.
*
Кто-то мнился в тишине,
Шелестевший до рассвета.
Чуть не умер ночью этой
Недоверчивый во мне.
*
Я замысел огромный твой,
И потому уже подобье,
Что ночь с бессонною звездой
Не отойдет от изголовья.
Мне что-то надо в ней прочесть
И невозможное ответить,
Принять предложенную честь
Повинной быть за все на свете
И правой только потому,
Что есть звезда на небосклоне,
Когда по взгляду моему,
Она нырнет и не утонет –
Вот в это море за углом,
Черней которого не знаю,
Вот в этот человечий дом,
Который я не понимаю.
Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,
Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.
Петербург! я еще не хочу умирать:
У тебя телефонов моих номера.
Петербург! У меня еще есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.
Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,
И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.
Декабрь 1930
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
