все началось с Алоизы Корбац
а закончилось остальными
Я отчаянно рисовала отголоски своих потерь,
обреченности и провалы, затаенные в темноте.
Я сшивала листы ночами, перечеркивала слова,
чтобы все они означали неумение рисовать.
На оберточную бумагу наносила твои черты,
в голове непрерывно – Вагнер, что ужаснее пустоты.
И какая тут, к черту, близость, заступившая за черту?
При рождении – Алоиза, по прошествии лет – Батуль.
Я растила тебя под кожей и вымаливала в стихах…
и не так чтобы очень сложно обернуться и помахать,
просто некому. Слишком ветрено. Слишком яростный свет в глаза –
я боюсь ему отказать.
_______________________
Перепишешь, перерисуешь и передумаешь...
А сегодня с утра в палате не рассвело. Все твердят в один голос, мол, неземная дура я, будто всем остальным дышалось и всем спалось. И не будешь молиться. Грозно и опрометчиво закричишь и продолжишь плакать и рисовать.
Я обычная дура, то есть простая женщина.
Карандаш не сломался, значит пока жива.
Max, простите за комментарий, это не за кадром, это Ахматова,
"Есть в близости людей заветная черта
Её не перейти влюблённости и страсти..."
Поэтому - близость.
Тронуло, зацепило...
Спасибо, Аруна.
С теплом,
Сергей
Так я и сказал, что-то, чего я не знаю. Надо восполнить пробел. Спасибо. М.
А я читал, оказывается, Ахматовский стих-то! Эх, склероз воевода дозором :(
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Второе Рождество на берегу
незамерзающего Понта.
Звезда Царей над изгородью порта.
И не могу сказать, что не могу
жить без тебя - поскольку я живу.
Как видно из бумаги. Существую;
глотаю пиво, пачкаю листву и
топчу траву.
Теперь в кофейне, из которой мы,
как и пристало временно счастливым,
беззвучным были выброшены взрывом
в грядущее, под натиском зимы
бежав на Юг, я пальцами черчу
твое лицо на мраморе для бедных;
поодаль нимфы прыгают, на бедрах
задрав парчу.
Что, боги, - если бурое пятно
в окне символизирует вас, боги, -
стремились вы нам высказать в итоге?
Грядущее настало, и оно
переносимо; падает предмет,
скрипач выходит, музыка не длится,
и море все морщинистей, и лица.
А ветра нет.
Когда-нибудь оно, а не - увы -
мы, захлестнет решетку променада
и двинется под возгласы "не надо",
вздымая гребни выше головы,
туда, где ты пила свое вино,
спала в саду, просушивала блузку,
- круша столы, грядущему моллюску
готовя дно.
январь 1971, Ялта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.