Заколдованный лес в буреломах, торфяниках, зарослях,
где кикимор и леших несметное чёрное воинство.
Вечерами из нор выползают, кусаются, сварятся,
так рыдают, кричат, что от страха шевелятся волосы.
Тут, под сенью дерев, просочился ручей из-под скопища
старых мшистых камней у подножья холма одичалого,
утекая от тьмы, вьётся змейкой, но, немощный всё ещё,
не пробьётся к реке и тихонько журчит опечаленно…
Вот и я, как ручей, устремляюсь наивно, наверное,
от моральных уродов, истошно вокруг завывающих,
чьё сознание жаждой реванша навек исковеркано,
кто друг друга грызёт, упивается кровью дурманящей.
Я в пути изменяюсь, прощаясь с привычками прежними,
сочиняю стихи и, печалью журча, веря в свет Его,
обращаюсь душой к Небесам, окрылённый надеждами,
в жажде истин испить из Источника вышнего светлого…
Есть иной, прекрасный мир,
где никто тебя не спросит
«сколько время, командир»,
забуревший глаз не скосит.
Как тебе, оригинал,
образец родных традиций?
Неужели знать не знал,
многоокой, многолицей
представляя жизнь из книг,
из полночных разговоров?
Да одно лицо у них.
Что ни город — дикий норов.
Кто, играя в города,
затмевал зубрил из класса,
крепко выучит Беда —
всё названье, дальше трасса.
Дальше больше — тишина.
И опять Беда, и снова
громыханье полотна,
дребезжанье остального.
Хочешь корки ледяной,
вечноцарской рюмку, хочешь?
Что же голову морочишь:
«мир прекрасный, мир иной».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
