прям под микроскопом, шо за въедливость такая:)), а Вам обязательно закусить надо, так я не наливала, вроде:))
если Вы пишите раздаривай- то угощения - ширше смотрите))раздаривай- это раздаривай а налить, это мне и кот нальёт,это - верный собутыльник
а шо, больше не с кем, ай-я-яй, кота спаивать нехорошо.
ну про множественное число я поняла, тока ждала Вашего беспокойства по поводу, вот и не спешила))
да это кот меня спаивает)). а написал так, Вы ж не исправляете, ну может исправите когда кота заведёте.э-эх))
а шо ево заводить, вот на плечах примостился и моторчик включил...уже исправлено, куда Вы смотрите сёремя))
))о!)замечательно, я за вами наливать не успеваю так может мы и скукоженные потемки раскукожим, э-эх)) а вобщем это удачное стихотворение, интересное из пейзажной лирики,покрепче
))) Вы ишшо не под столом со своим котом:), завязывать пора с крепкими напитками)), и спасибо, канешн)
)под столом
у нас с котом-
посуда пустая
не становимся скотом
порода такая
пьём, пьём
а потом
на диване лежим,
засыпая.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою
любовницу – из чистой показухи.
Он произнес: «Теперь она в Раю».
Тогда о нем курсировали слухи,
что сам он находился на краю
безумия. Вранье! Я восстаю.
Он был позер и даже для старухи -
мамаши – я был вхож в его семью -
не делал исключения.
Она
скитается теперь по адвокатам,
в худом пальто, в платке из полотна.
А те за дверью проклинают матом
ее акцент и что она бедна.
Несчастная, она его одна
на свете не считает виноватым.
Она бредет к троллейбусу. Со дна
сознания всплывает мальчик, ласки
стыдившийся, любивший молоко,
болевший, перечитывавший сказки...
И все, помимо этого, мелко!
Сойти б сейчас... Но ехать далеко.
Троллейбус полн. Смеющиеся маски.
Грузин кричит над ухом «Сулико».
И только смерть одна ее спасет
от горя, нищеты и остального.
Настанет май, май тыща девятьсот
сего от Р. Х., шестьдесят седьмого.
Фигура в белом «рак» произнесет.
Она ее за ангела, с высот
сошедшего, сочтет или земного.
И отлетит от пересохших сот
пчела, ее столь жалившая.
Дни
пойдут, как бы не ведая о раке.
Взирая на больничные огни,
мы как-то и не думаем о мраке.
Естественная смерть ее сродни
окажется насильственной: они -
дни – движутся. И сын ее в бараке
считает их, Господь его храни.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.