Мне тут давеча письмо
(Разбираю наконец,
В пересчете на овец –
Ночи на три, видимо)
Прилетело, не пойми,
То ли правда, то ли враки.
Вот возьми бы и порви,
Да оно не на бумаге…
Сумасбродный индивид
(Мне и дела никакого,
Пусть что хочет, то творит…
Черт-те что творит, ей-богу!
Душ болтливых наберет
На хорошую деревню,
Взглянет сам как призрак древний –
Нехороший все народ.
Там и спалит ни за грош.
Только дух переведешь,
Как он души переводит.
Хоть своя на месте… Вроде.
Что ты с призрака возьмешь,
Ни рожна и нет. Отож.
Поменял перекладных –
И бывай. А ты, под дых
Получив письмо такое
Отправителя сего,
Почитай и будь покоен.
Лучше в ночь-под-одного…)
Пишет:
«Как вы там живете,
Ко двору ли малоросс?
Чем закусывая, пьете? –
То, что пьете, не вопрос.
Так о чем скрипите, перья,
Дни и ночи на износ,
Кто какое откровенье
Перед Богом произнес?
Ну вас к бесу с лысой хренью,
С разведенною бурдой! –
Не сжигают. Преступленье.
Преступленье, Боже мой!
Что ни смеришь глазом вольным,
Сосчитаешь воронье –
Все вранье, все малохольно.
Вот ведь – скучное вранье.
Кто еще одной шинелью
Наготы не прикрывал?
А пальтишко-то украл?
Только дворники свистели…
Братец писарь, ай-ай-ай!
Как собрался втихомолку
С мертвым словом прямо в рай –
Возвратит пальто пускай
И летит хоть на метелке.
Так тому и передай.
Сигареты маленькое пекло.
Тонкий дым разбился об окно.
Сумерки прокручивают бегло
Кроткое вечернее кино.
С улицы вливается в квартиру
Чистая голландская картина -
Воздух пресноводный и сырой,
Зимнее свеченье ниоткуда,
Конькобежцы накануне чуда
Заняты подробною игрой.
Кактусы величественно чахнут.
Время запираться и зевать.
Время чаепития и шахмат,
Кошек из окошек зазывать.
К ночи глуше, к ночи горше звуки -
Лифт гудит, парадное стучит.
Твердая горошина разлуки
В простынях незримая лежит.
Милая, мне больше длиться нечем.
Потому с надеждой, потому
Всем лицом печальным человечьим
В матовой подушке утону.
...Лунатическим током пронизан,
По холодным снастям проводов,
Громкой кровельной жести, карнизам
Выхожу на отчетливый зов.
Синий снег под ногами босыми.
От мороза в груди колотье.
Продвигаюсь на женское имя -
Наилучшее слово мое.
Узнаю сквозь прозрачные веки,
Узнаю тебя, с чем ни сравни.
Есть в долинах великие реки -
Ты проточным просторам сродни.
Огибая за кровлею кровлю,
Я тебя воссоздам из ночей
Вороною бездомною кровью -
От улыбки до лунок ногтей.
Тихо. Половицы воровато
Полоснула лунная фольга.
Вскорости янтарные квадраты
Рухнут на пятнистые снега.
Электричество включат - и снова
Сутолока, город впереди.
Чье-то недослышанное слово
Бродит, не проклюнется в груди.
Зеркало проточное померкло.
Тусклое бессмысленное зеркало,
Что, скажи, хоронишь от меня?
Съежилась ночная паутина.
Так на черной крышке пианино
Тает голубая пятерня.
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
