Мы сидели, свесив ноги,
Над бурливою рекой.
Ни печали, ни тревоги,
Только радость и покой.
Щекотал мне нос травинкой,
Я смеялась весело.
Он любил свою Маринку,
Я Серёжкой грезила.
Вдруг закрыла солнце туча,
Раскололся небосвод,
Прокатился гром трескучий,
Дождь обрушился, и вот
Вмиг моё намокло платье,
И сама не знаю, как
Оказалась я в объятьях
И сказала: "Вот дурак!"
То-то весело нам было!
Так нас ветер закружил -
Я Серёжку позабыла,
Он Маринку разлюбил.
И могло ли быть иначе -
К нам любовь пришла с небес,
Мы храним её, тем паче,
Что Амуром был сам Зевс.
Из слез, дистиллированных зрачком,
гортань мне омывающих, наружу
не пущенных и там, под мозжечком,
образовавших ледяную лужу,
из ночи, перепачканной трубой,
превосходящей мужеский капризнак,
из крови, столь испорченной тобой,
- и тем верней - я создаю твой призрак,
и мне, как псу, не оторвать глаза
от перекрестка, где многоголосо
остервенело лают тормоза,
когда в толпу сбиваются колеса
троллейбусов, когда на красный свет
бежит твой призрак, страх перед которым
присущ скорее глохнущим моторам,
чем шоферам. И если это бред,
ночной мой бред, тогда - сожми виски.
Но тяжкий бред ночной непрерываем
будильником, грохочущим трамваем,
огромный город рвущим на куски,
как белый лист, где сказано "прощай".
Но уничтожив адрес на конверте,
ты входишь в дом, чьи комнаты лишай
забвения стрижет, и мысль о смерти
приюта ищет в меркнущем уме
на ощупь, как случайный обитатель
чужой квартиры пальцами во тьме
по стенам шарит в страхе выключатель.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
