воображаю, что я роза
красавица вплетает меня в венок
красавица - большая, голенастая, как журавль
и жалобно кричит и умирает
и нас бросают на расхищение хищных птиц
дорог отсюда только две
и ни на одну ты не хочешь ступать
одна идет вдоль по берегу Изгари
затем петляет по песчаной пустоте
и упирается в Йок-Тай –
город на западной стороне Горьких вод
смердящее каменное чудище
чьи стены увешаны телами путников
дерзнувших постучать в обитые железом ворота
вторая окунается в Клоповник
а после тянется через Плешивый лес
и те, кому чудом удалось выбраться
из этого моря деревьев живым
вскоре жалеют, что миновали встречи
с его дикими, лютыми обитателями
впереди их ждет ужас
по сравнению с которым гибель
от когтей хищников почитается за счастье –
одни хребты и утесы из гранита и порфира
ни лугов, ни журчащих источников, никаких хижин
ни одного животного – только ненасытные кречеты
кружащие над утесами и хребтами
что видишь ты в старых развалинах и других
уединенных местах
кроме нескольких мертвых мух
Ты письмо мое, милый, не комкай.
До конца его, друг, прочти.
Надоело мне быть незнакомкой,
Быть чужой на твоем пути.
Не гляди так, не хмурься гневно,
Я любимая, я твоя.
Не пастушка, не королевна
И уже не монашенка я —
В этом сером будничном платье,
На стоптанных каблуках...
Но, как прежде, жгуче объятье,
Тот же страх в огромных глазах.
Ты письмо мое, милый, не комкай
Не плачь о заветной лжи.
Ты его в твоей бедной котомке
На самое дно положи.
1912,
Царское Село
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
