она всегда считала, что это очень опасно:
ходить по ночам в гости, носить яркие вещи,
злоупотреблять алкоголем, есть ложкой масло,
запоминать сны, а вдруг окажется вещим?
она называла свой дом надёжной родной ямой,
в которой было уютно и в тоже время тошно.
на стенах ямы висели большие оконные рамы
с портретами настоящего, будущего и прошлого…
а с неба летели чаинки, с неба летели плакаты.
пахло дождём и серой, пахло земным воздухом.
она затыкала уши и вслух читала Сократа.
лучшие собеседники – умершие философы
смотрели с книжных обложек, молча снимали шляпы,
затем съедали шляпы и важно друг другу кивали.
за стенами ямы темнело, и кто-то опять плакал,
рассматривая сквозь окна обои в её спальне.
она не спеша надевала платье жёлтого цвета,
хотя вообще не любила режущий глаз жёлтый.
все книги были прочитаны, все песни давно отпеты.
она выходила из дому и шла как всегда…к чёрту.
Бывает так: какая-то истома;
В ушах не умолкает бой часов;
Вдали раскат стихающего грома.
Неузнанных и пленных голосов
Мне чудятся и жалобы и стоны,
Сужается какой-то тайный круг,
Но в этой бездне шепотов и звонов
Встает один, все победивший звук.
Так вкруг него непоправимо тихо,
Что слышно, как в лесу растет трава,
Как по земле идет с котомкой лихо...
Но вот уже послышались слова
И легких рифм сигнальные звоночки,—
Тогда я начинаю понимать,
И просто продиктованные строчки
Ложатся в белоснежную тетрадь.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
