Три сестры наконец-то нашли счастье. Поздно? Рано? Кто знает...
Щемяще-оптимистично.
Прекрасный текст, Влад.
Спасибо, Роман. Всё, по настоящему оптимистичное, должно быть щемящим. Мне иногда кажется, что скорее даже всё щемящее должно быть немного оптимистичным. С какою-то нездешней надеждой.
Я благодарна автору за это загадочное и многомерное (как и чеховские пьесы) стихотворение. Я вижу, ощущаю в нем самое малое четыре измерения и все они мне близки. Здесь и реальность (просто некие немолодые женщины собираются, быть может, в эмиграцию), здесь и уход, прощание с эпохой, когда в телевизоре звучала советская эстрада, а книжки Чехова и других русских классиков (не в новеньких обложках) лежали рядом с телевизором, здесь и сдвиг, уход в прошлое ментального пласта культуры и времени (Чеховских темы в тех же пьесах), здесь и воображение о неком посмертном Рае (хотя сама я в ужасе от Кобзона и Лещенко, но ради сестер своих (у меня их, как раз, две) готова потерпеть и этих ребят ). Не знаю, что именно спровоцировало автора на первое четверостишие, быть может, какие-то заметки в интернете о новых прочтениях и постановках Чеховских пьес, двусмысленным, неясным для меня осталось выражение «при интересе», но это не важно. Важно, что если автор и хотел вложить также и некий иной, допустим, иронический подтекст, он всё равно попал в сердце, как и Чехов, который, куда бы ни целился, всегда попадает в сердце.
Спасибо, Наташа. Это прекрасный анализ. Анализ не превращающийся в препарирование. То есть то, что всегда нужно автору и читателю. Благодарен Вам за него.
Прекрасно. Владу есть о чём поговорить с Антон Палычем. Там, куда плывут лепестки...
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я мечтал подружиться с совой, но, увы,
Никогда я на воле не видел совы,
Не сходя с городской карусели.
И хоть память моя оплыла, как свеча,
Я запомнил, что ходики в виде сыча
Над столом моим в детстве висели.
Я пытался мышам навязаться в друзья,
Я к ним в гости, как равный, ходил без ружья,
Но хозяева были в отъезде,
И, когда я в ангине лежал, не дыша,
Мне совали в постель надувного мыша
Со свистком в неожиданном месте.
Я ходил в зоопарк посмотреть на зверей,
Застывал истуканом у дачных дверей,
Где сороки в потемках трещали,
Но из летнего леса мне хмурилась вновь
Деревянная жизнь, порошковая кровь,
Бесполезная дружба с вещами.
Отвинчу я усталую голову прочь,
Побросаю колесики в дачную ночь
И свистульку из задницы выну,
Чтоб шептали мне мыши живые слова,
Чтоб военную песню мне пела сова,
Как большому, но глупому сыну.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.