Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный!
Братья Стругацкие
— Кривое пространство, течение времени —
Наверное, шутка ученого племени?
Неужто, погнавшись за вспышками света,
Застынет с жильцами большая планета?
— По жизни события, чтя тяготение,
Сбиваются в фокусе нашего зрения.
Сбиваются в кучи и ждут измерения,
Расчета на глаз да по сердца биения.
И каждый себе калибрует воззрение,
Шлифует догматику, гасит сомнение.
Действительность мира — ответ на неверие:
Найдем компромисс, заключим перемирие.
***
Будоражит мещан, сейф предельно отверст —
Все минуты внахлест, в амальгаме из верст,
Уплотняют, терзая, мечтателям швы:
Это — можно потом, то — заброшу, увы.
В кутерьме к вдохновенью построить бы мост...
Погляди в небосвод, в кучу маленьких звезд,
Погляди — и сорви покрывало с небес,
Загадай, что захочешь, требуй разных чудес.
Раздавай, не скупясь, всем желаний талон.
В этот день обделенных не будет вагон.
В буреломе светил нам не дарят в кредит —
Все бери, без обид, не стесняйся, джигит!
В звездопаде всемирном застынет фотон.
Свет снежинками тихо падет на ладонь.
Поравнявшись с лучами, один на один,
Он — бессмертный герой, он — в короне рубин.
Облетали дворовые вязы,
длился проливня шепот бессвязный,
месяц плавал по лужам, рябя,
и созвездья сочились, как язвы,
августейший ландшафт серебря.
И в таком алматинском пейзаже
шел я к дому от кореша Саши,
бередя в юниорской душе
жажду быть не умнее, но старше,
и взрослее казаться уже.
Хоть и был я подростком, который
увлекался Кораном и Торой
(мама – Гуля, но папа – еврей),
я дружил со спиртной стеклотарой
и травой конопляных кровей.
В общем, шел я к себе торопливо,
потребляя чимкентское пиво,
тлел окурок, меж пальцев дрожа,
как внезапно – о, дивное диво! –
под ногами увидел ежа.
Семенивший к фонарному свету,
как он вляпался в непогодь эту,
из каких занесло палестин?
Ничего не осталось поэту,
как с собою его понести.
Ливни лили и парки редели,
но в субботу четвертой недели
мой иглавный, игливый мой друг
не на шутку в иглушечном теле
обнаружил летальный недуг.
Беспокойный, прекрасный и кроткий,
обитатель картонной коробки,
неподвижные лапки в траве –
кто мне скажет, зачем столь короткий
срок земной был отпущен тебе?
Хлеб не тронут, вода не испита,
то есть, песня последняя спета;
шелестит календарь, не дожит.
Такова неизбежная смета,
по которой и мне надлежит.
Ах ты, ежик, иголка к иголке,
не понять ни тебе, ни Ерболке
почему, непогоду трубя,
воздух сумерек, гулкий и колкий,
неживым обнаружил тебя.
Отчего, не ответит никто нам,
все мы – ежики в мире картонном,
электрическом и электронном,
краткосрочное племя ничьё.
Вопреки и Коранам, и Торам,
мы сгнием неглубоким по норам,
а не в небо уйдем, за которым,
нет в помине ни бога, ни чё…
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.