Оперу еще так недавно писал, мерно читал рэп;
отбивал степ, танцевал матчиш.
Опер Брэд Берирэй, бывший сантехник РЭП,
в ухо бубнил: «На носу игил, а ты все ворчишь.
Глубже вгрызайся в суть (поднимаешь муть,
бегаешь по верхам), давай, оседлай бархан.
Что, де, за самиздат, в первой строке уснуть».
В первой строке (уснуть), если бы не ее грудь.
«Шире бери кнопки на «блакберри».
Если бы не ее е, надо б стирать белье(?);
мушка дрожит, в потной руке цевье»…
Если тебя бьют – бери, если дают – беги.
Я и писал: «Затеряться в толпе себя».
Он и твердил: «Завтра сегодня, как есть – вчера».
И я лежал в застенчивой темноте,
и он бежал: топот в глазах и в груди кинжал.
И я светил в ил, я светил… много куда светил.
Да, это я светил светом ночных светил.
И он входил в лес, набирал вес, заходил в дом
сон за сном, глаз, за сома – сом, за глаз, ниночка, тили бом.
Татуировка на канделябре «дядя митяй – лентяй»;
все, что завтра останется – берестяной гамбит.
Груди повисли, твердое на руках дитя…
Не поминай любимая, завтра лечу бомбить
Вот бреду я вдоль большой дороги
В тихом свете гаснущего дня...
Тяжело мне, замирают ноги...
Друг мой милый, видишь ли меня?
Всё темней, темнее над землею –
Улетел последний отблеск дня...
Вот тот мир, где жили мы с тобою,
Ангел мой, ты видишь ли меня?
Завтра день молитвы и печали,
Завтра память рокового дня...
Ангел мой, где б души ни витали,
Ангел мой, ты видишь ли меня?
3 августа 1865
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
