Манила светом фонарей
И свеже жаренным беконом
В зубах с цветами, по балконам
Рассвет вверх лез при всех за ней
Казалось ей, что все пустяк
И от рассветов мало толка
Закат…в поношенной ермолке
Звал вдаль поскудностью рублей
За дымкой таяли дома
За страстью приходила скука
Любовь, она такая сука
Хоть ей посвящены тома
Но шум часов как звук морщин
На белой и холёной коже
Под взгляды тысячи мужчин
Чего скрывать, и женщин тоже
Ведь не жена, увы, не мать
Так, свет в оконце или отцвет
Так страшно было умирать
Но мир ее, похоже отцвел…
Ни ты, читатель, ни ультрамарин
за шторой, ни коричневая мебель,
ни сдача с лучшей пачки балерин,
ни лампы хищно вывернутый стебель
- как уголь, данный шахтой на-гора,
и железнодорожное крушенье -
к тому, что у меня из-под пера
стремится, не имеет отношенья.
Ты для меня не существуешь; я
в глазах твоих - кириллица, названья...
Но сходство двух систем небытия
сильнее, чем двух форм существованья.
Листай меня поэтому - пока
не грянет текст полуночного гимна.
Ты - все или никто, и языка
безадресная искренность взаимна.
<1987>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
