Долговязый Фонарь, среди дня загрустив,
Одиноко сутулит костлявые плечи,
И по-прежнему верит в несбыточный миф,
Что причалит любовь, лишь опустится вечер.
В электрическом сердце проснётся огонь,
Опалит золотистым лучом Каравеллу,
Но красавица гордо ответит: «Не тронь!»,
Пряча в синих волнах белоснежное тело.
Рядом с ней покачнётся красавец-Фрегат,
Парусами касаясь кокетливой мачты,
Перспективный жених знаменит и богат...
А Фонарь - он безродный, застенчивый, так что...
Ни сика, ни бура, ни сочинская пуля —
иная, лучшая мне грезилась игра
средь пляжной немочи короткого июля.
Эй, Клязьма, оглянись, поворотись, Пахра!
Исчадье трепетное пекла пубертата
ничком на толпами истоптанной траве
уже навряд ли я, кто здесь лежал когда-то
с либидо и обидой в голове.
Твердил внеклассное, не заданное на дом,
мечтал и поутру, и отходя ко сну
вертеть туда-сюда — то передом, то задом
одну красавицу, красавицу одну.
Вот, думал, вырасту, заделаюсь поэтом —
мерзавцем форменным в цилиндре и плаще,
вздохну о кисло-сладком лете этом,
хлебну того-сего — и вообще.
Потом дрались в кустах, ещё пускали змея,
и реки детские катились на авось.
Но, знать, меж дачных баб, урча, слонялась фея —
ты не поверишь: всё сбылось.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
