Тепла, тепла! –
Руки мял, дышал на ладони
Заместо ладана - снег.
Бег - Исход
На русский Синай.
(Холодно, граждане, холодно)
У сапожника справил обувку,
К югу перебежать океаны-моря вброд.
Бред.
Дали течь сапоги мои
На третьем же шаге от берега.
Два Титаника, два Чапаева.
(Холодно граждане, холодно)
У жестянщика знакомого
Выпросил
Киянку - пытался
Править ребра слов
(Тепла, тепла!)
Слова пели, как пила под напильником,
Но не правились, а смеялись
Над дураком.
(Холодно, граждане холодно мне)
У скорняка
Занял медвежью полость,
Чтобы Её Милостью
Укрывшись сладко спалось.
Коротка неснятая шкура Семизвездной Медведицы
(Поддувает-поддувает, граждане)
И в Царстве снов медных
Как-то не так, как хотелось и виделось.
Заиндевевший, как мёда тепла моля,
В ногах ледяных вершин ползал,
Алкая знака,
Намекая: чтоб жизнь была не Бесцельная,
Не до смерти холодная...
ОН ответил улыбкой -
А мороз, был такой белый,
Что небо слилось с землею,
А солнце было седое и,
Чуть-чуть, краешком, розовое -
ОН
Явил Снегиря.
На стеклянной ниточке-веточке
Огненные письмена
Скоро чвиркая,
Перебирал души чётки.
Грудью алея отчаяно.
Птичка моя, лети домой милая,
Мне уже чуть-чуть теплее,
Спасибо! Правда!
И человек пустился в тишину.
Однажды днем стол и кровать отчалили.
Он ухватился взглядом за жену,
Но вся жена разбрызгалась. В отчаяньи
Он выбросил последние слова,
Сухой балласт – «картофель…книги… летом…»
Они всплеснули, тонкий день сломав.
И человек кончается на этом.
Остались окна (женщина не в счет);
Остались двери; на Кавказе камни;
В России воздух; в Африке еще
Трава; в России веет лозняками.
Осталась четверть августа: она,
Как четверть месяца, - почти луна
По форме воздуха, по звуку ласки,
По контурам сиянья, по-кавказски.
И человек шутя переносил
Посмертные болезни кожи, имени
Жены. В земле, веселый, полный сил,
Залег и мяк – хоть на суглинок выменяй!
Однажды имя вышло по делам
Из уст жены; сад был разбавлен светом
И небом; веял; выли пуделя –
И все. И смерть кончается на этом.
Остались флейты (женщина не в счет);
Остались дудки, опусы Корана,
И ветер пел, что ночи подождет,
Что только ночь тяжелая желанна!
Осталась четверть августа: она,
Как четверть тона, - данная струна
По мягкости дыханья, поневоле,
По запаху прохладной канифоли.
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
