"Самоубийство категорически запрещается! Держись 3—5 лет.
Я обязательно приду за тобой.
Продолжай борьбу, пока ещё жив хотя бы один солдат,
даже если придётся питаться плодами пальм..." (1945 г.)
(Из приказа генерал-лейтенанта Сидзуо Ёкоямы)
Тридцать лет
длилась его война.
Тридцать лет
он выполнял приказ.
Уже давно
капитулировала страна.
Он не верил.
Он выполнял приказ.
Ему, герою,
посмертных не счесть наград.
Его считали
без вЕсти пропавшим не раз.
А он не сдавался.
Ему помогали Лубанг
и честь самурая.
Он выполнял приказ.
Терял боевых друзей.
Опять и опять.
До боли в руках
сжимал офицерский меч.
Не смея, как воин,
ни плакать, ни выть, ни стонать,
он только тихо шептал
прощальную речь.
Договаривался со смертью:
"Рановато еще. Не сейчас..."
И она отступала.
Ведь он выполнял приказ!
О нем забыли на долгие годы...
Но однажды, случайно, он был обнаружен
в джунглях Лубанга,
лейтенант Онода,
Хиро Онода, живой, при оружии.
Он молчал. И читалось
в блеске стальном его глаз:
"Я не сдамся.
Я. Выполняю. Приказ."
Есть в растительной жизни поэта
Злополучный период, когда
Он дичится небесного света
И боится людского суда.
И со дна городского колодца,
Сизарям рассыпая пшено,
Он ужасною клятвой клянется
Расквитаться при случае, но,
Слава Богу, на дачной веранде,
Где жасмин до руки достает,
У припадочной скрипки Вивальди
Мы учились полету - и вот
Пустота высоту набирает,
И душа с высоты пустоты
Наземь падает и обмирает,
Но касаются локтя цветы...
Ничего-то мы толком не знаем,
Труса празднуем, горькую пьем,
От волнения спички ломаем
И посуду по слабости бьем,
Обязуемся резать без лести
Правду-матку как есть напрямик.
Но стихи не орудие мести,
А серебряной чести родник.
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
