Мой берег.
Он и оберег.
Краюха мыса.
Тень дерев...
Там - жменька
круглой белой гальки,
здесь -
зализь мокрого песка,
и серой пыли
горстка талька,
и пирса мокрая доска.
Тут щавлей конских
строй могучий,
цикадий безумолчный крик,
в стекляшке битой солнца лучик,
аула зихского родник.
Мой берег.
Он и оберег.
Краюха мыса.
Тень дерев...
От многих бед
обережёт
гремящий галькой
бережок,
зачем искать
других америк,
коль есть на свете
этот берег
(по Сеньке шапка
иль берет -
шепнёт,
подскажет оберег).
Приехать.
Посидеть.
Вдохнуть.
Про всё понять.
И снова в путь.
Когда погребают эпоху,
Надгробный псалом не звучит,
Крапиве, чертополоху
Украсить ее предстоит.
И только могильщики лихо
Работают. Дело не ждет!
И тихо, так, господи, тихо,
Что слышно, как время идет.
А после она выплывает,
Как труп на весенней реке, —
Но матери сын не узнает,
И внук отвернется в тоске.
И клонятся головы ниже,
Как маятник, ходит луна.
Так вот — над погибшим Парижем
Такая теперь тишина.
5 августа 1940,
Шереметевский Дом
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
