Мой сын осваивает море —
с ним крутолобая волна
жестикулирует и спорит
почти на равных. Вот она
его сажает на закорки,
несёт, но резко на песок
бросает возле тонкой кромки —
и убегает прочь. Сынок
не солоно хлебавши —
а впрочем, соли полон рот! —
на берегу возводит башни,
совком сооружает грот —
а мне и весело, и страшно:
смешной, коротенький, отважный,
однажды от меня уйдёт —
раскачивать моря и земли —
и, если Бог молитве внемлет,
его в пути убережёт.
...Луна, жарка и меднолица,
всплывает. Спи, мой мальчик, я...
Я точно знаю, к счастью снится
серебряная чешуя.
Какой тяжелый, темный бред!
Как эти выси мутно-лунны!
Касаться скрипки столько лет
И не узнать при свете струны!
Кому ж нас надо? Кто зажег
Два желтых лика, два унылых...
И вдруг почувствовал смычок,
Что кто-то взял и кто-то слил их.
"О, как давно! Сквозь эту тьму
Скажи одно, ты та ли, та ли?"
И струны ластились к нему,
Звеня, но, ластясь, трепетали.
"Не правда ль, больше никогда
Мы не расстанемся? довольно..."
И скрипка отвечала да,
Но сердцу скрипки было больно.
Смычок все понял, он затих,
А в скрипке эхо все держалось...
И было мукою для них,
Что людям музыкой казалось.
Но человек не погасил
До утра свеч... И струны пели...
Лишь солнце их нашло без сил
На черном бархате постели.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
