Таврический край разыгрался мистерией летней,
в созревших озимых цикадами полдень звенит,
жарких лучей опасаясь, запрятались тени,
а солнце воткнулось в зенит.
Пасётся в лазури бескрайней небесная стая,
плывут облака к горизонту, лениво клубясь,
знаком небесным явившись и, медленно тая,
сплетаясь в узорную вязь.
Высокое небо пылает пожаром июля,
умаявшись бегать по лугу прибрежному, злой,
воду, припав, из затоки, почти не смакуя,
лакает полуденный зной.
Мерцает вдали, за излучиной, бабочкой парус
летит на огонь, презирая возможную смерть,
в белую тучку быстрей превратиться пытаясь,
но выше не может взлететь.
Усердный прибой повторяет заевшей пластинкой
шуршанье ракушек и скрип заунывный песка,
ветер сознанье баюкает песенкой тихой,
священною мантрою став.
Я "скифскою бабой" застыл, очарованный далью,
открывшейся взору, и слушаю этот концерт,
ставши философом, истину ту вспоминаю,
что жизни прекраснее нет!
Что махновцы, вошли красиво
в незатейливый город N.
По трактирам хлебали пиво
да актёрок несли со сцен.
Чем оправдывалось всё это?
Тем оправдывалось, что есть
за душой полтора сонета,
сумасшедшинка, искра, спесь.
Обыватели, эпигоны,
марш в унылые конуры!
Пластилиновые погоны,
револьверы из фанеры.
Вы, любители истуканов,
прячьтесь дома по вечерам.
Мы гуляем, палим с наганов
да по газовым фонарям.
Чем оправдывается это?
Тем, что завтра на смертный бой
выйдем трезвые до рассвета,
не вернётся никто домой.
Други-недруги. Шило-мыло.
Расплескался по ветру флаг.
А всегда только так и было.
И вовеки пребудет так:
Вы — стоящие на балконе
жизни — умники, дураки.
Мы восхода на алом фоне
исчезающие полки.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
