Состав под Россошью потянется,
задребезжит леском нескоро,
и все ромашки-бесприданницы
к путям сбегутся с косогора,
и, ну стоять,
и белы личики
тянуть к окошкам проезжающим,
гурьбой наивной
по привычке
скользящих мимо провожающей.
***
Сбежит состав,
скрипя суставами,
из плена девичьей обители,
скуля вагонами усталыми,
а над дорогой снова зрители -
кресты от кладбища увального,
со склона ближнего глядят
на поезд следованья дальнего,
на - как сидят, и как едят...
У них распахнутые руки
и простота их так мила,
что кажется - вот здесь,
в округе -
так славно я бы зажила.
Он был красив, как сто чертей,
Имел любовниц всех мастей,
Любил животных и детей
И был со всеми мил…
Да полно, так ли уж права
Была жестокая молва,
Швырнув вослед ему слова:
"Он Пушкина убил!"?
Он навсегда покинул свет,
И табаком засыпал след,
И даже плащ сменил на плед,
Чтоб мир о нем забыл…
Но где б он ни был – тут и там
При нем стихал ребячий гам
И дети спрашивали: "Мам,
Он Пушкина убил?"
Как говорится, все течет,
Любая память есть почет,
И потому – на кой нам черт
Гадать, каким он был?..
Да нам плевать, каким он был,
Какую музыку любил,
Какого сорта кофий пил, –
Он Пушкина убил!..
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
