За-ради какой полураковой цели
живёшь, если холод земли неизбежен?
И пятишься в детство повторно понеже
жестокое время сквозит через щели
времянки — соструган на скорую руку
в одну из ночей под худым покрывалом
во временном доме, родился на алом
недружеском ложе животным двуруким.
За чёртом каким за безглазием нянек
и курсом на старых титанов усталых
рвёшь жилы, стираешь до Пруста суставы?
Всё выльется в Тетис, все в прошлое канут.
Канатами бёдер швартуется тело
к другому и требует дома и рома,
и вёдрами — счастья, и ложками — брома,
и кливеров клинья вбивает в постели.
Кипит человечество, волнами шает,
мешает и — пеной скелеты на берег,
плюёт недоживших и изредка — пере-
менивших судьбу косяков попрошаек.
Есть иной, прекрасный мир,
где никто тебя не спросит
«сколько время, командир»,
забуревший глаз не скосит.
Как тебе, оригинал,
образец родных традиций?
Неужели знать не знал,
многоокой, многолицей
представляя жизнь из книг,
из полночных разговоров?
Да одно лицо у них.
Что ни город — дикий норов.
Кто, играя в города,
затмевал зубрил из класса,
крепко выучит Беда —
всё названье, дальше трасса.
Дальше больше — тишина.
И опять Беда, и снова
громыханье полотна,
дребезжанье остального.
Хочешь корки ледяной,
вечноцарской рюмку, хочешь?
Что же голову морочишь:
«мир прекрасный, мир иной».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
