У большого села Кукушкино
взбунтовались лесные волки,
поминали недобро Пушкина,
а Крылова прогнали в ёлки.
"Лукоморщине нашей доблестной
на века быть теперь республикой!"
Президентом избрали Гоблина
и волчатам раздали бублики...
Молодую Ягу Кащеевну
Прокурором лесным назначили,
И послали послом в Расщелину
Кабыздоха почти незрячего.
И у дуба, давно засохшего,
конституцию враз сверстали
и схарчили котяру тощего,
а русалку харчить не стали.
Цепь златую высокой пробы
Отнесли под процент в оффшоры,
и во славу своей уртобы,
одевали на зайцев шоры.
Пусть косые не смотрят в сторону,
а родных зайцеедов славят,
и гнездо разорили ворону,
чтоб не каркал в лесу про право.
Косолапому в спину выли,
мол, не терпят медвежью морду,
и о блохах почти забыли,
так собой любовались гордо.
Рысь загнали гурьбой на дерево,
и грозились загрызть сохатого,
опасались немного серые
только егеря дурноватого.
Словом, славно зажили, весело,
Кабанов в кулаке держали,
Привечали рассветы песнями,
и волчат для побед рожали.
Пусть от зависти лисы хмурятся,
в Лукоморье сегодня оргия:
двухголовую жарят курицу,
и святого козла Георгия.
Зачем? Зачем Вы это написали на Решетории? Более уместен в данном случае политический форум. Или сайт единомышленников.
Арина, в данном случае форум был бы действительно уместнее. Но не из-за каких-то политических посылок автора, а из-за некоторой бездарности текста. Я вот, к примеру, когда читаю сатирические опусы, скажем, товарища Быкова, то читаю их всегда с удовольствием, ибо они талантливы и с чувством юмора, хотя со многим из сказанного им не согласен. Текст же товарища vyrru откровенно разочаровал: притянутой за уши рифмой, отсутствием логики, абстрактностью претензий и общей дешевизной.
Эх, читать Быкова мне тоже очень нравится, да, талант. Очень люблю его книгу об Окуджаве, владею томиком с наслаждением.
А собой не довольна - зачем написала, человека обидела может быть. Видимо жара влияет на мозги и чувства.
Текст действительно откровенно глуп и пошл, эдакая новая, патриотичная, с лёгкой сумасшедшинкой Гаврилиада,весьма модная и востребованная на украинских творческих сайтах. Хотя зачем вкус и ум для поделок, главный смысл которых выброс внутренней ненависти во внешний мир.
Вот этот выброс меня и расстроил.
Идея-то понятна. Местами ирония, допустим, приемлема. Но Пушкиным и Георгием сильно огорчили. Очень сильно. Имхо - это глупо.
глупо в 21 веке вести захватнические войны на территории сопредельного государства.
, убивая, в том числе, и русскоязычное мирное население
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Нынче ветрено и волны с перехлестом.
Скоро осень, все изменится в округе.
Смена красок этих трогательней, Постум,
чем наряда перемена у подруги.
Дева тешит до известного предела -
дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела!
Ни объятья невозможны, ни измена.
* * *
Посылаю тебе, Постум, эти книги.
Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги?
Все интриги, вероятно, да обжорство.
Я сижу в своем саду, горит светильник.
Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных -
лишь согласное гуденье насекомых.
* * *
Здесь лежит купец из Азии. Толковым
был купцом он - деловит, но незаметен.
Умер быстро - лихорадка. По торговым
он делам сюда приплыл, а не за этим.
Рядом с ним - легионер, под грубым кварцем.
Он в сражениях империю прославил.
Сколько раз могли убить! а умер старцем.
Даже здесь не существует, Постум, правил.
* * *
Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,
лучше жить в глухой провинции у моря.
И от Цезаря далёко, и от вьюги.
Лебезить не нужно, трусить, торопиться.
Говоришь, что все наместники - ворюги?
Но ворюга мне милей, чем кровопийца.
* * *
Этот ливень переждать с тобой, гетера,
я согласен, но давай-ка без торговли:
брать сестерций с покрывающего тела -
все равно что дранку требовать от кровли.
Протекаю, говоришь? Но где же лужа?
Чтобы лужу оставлял я - не бывало.
Вот найдешь себе какого-нибудь мужа,
он и будет протекать на покрывало.
* * *
Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
"Мы, оглядываясь, видим лишь руины".
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.
Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом.
Разыщу большой кувшин, воды налью им...
Как там в Ливии, мой Постум, - или где там?
Неужели до сих пор еще воюем?
* * *
Помнишь, Постум, у наместника сестрица?
Худощавая, но с полными ногами.
Ты с ней спал еще... Недавно стала жрица.
Жрица, Постум, и общается с богами.
Приезжай, попьем вина, закусим хлебом.
Или сливами. Расскажешь мне известья.
Постелю тебе в саду под чистым небом
и скажу, как называются созвездья.
* * *
Скоро, Постум, друг твой, любящий сложенье,
долг свой давний вычитанию заплатит.
Забери из-под подушки сбереженья,
там немного, но на похороны хватит.
Поезжай на вороной своей кобыле
в дом гетер под городскую нашу стену.
Дай им цену, за которую любили,
чтоб за ту же и оплакивали цену.
* * *
Зелень лавра, доходящая до дрожи.
Дверь распахнутая, пыльное оконце,
стул покинутый, оставленное ложе.
Ткань, впитавшая полуденное солнце.
Понт шумит за черной изгородью пиний.
Чье-то судно с ветром борется у мыса.
На рассохшейся скамейке - Старший Плиний.
Дрозд щебечет в шевелюре кипариса.
март 1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.