Не могу передать, что твориться в моей голове:
кружат мутные воды – и вот: беспокойно и сонно.
Но и вне головы: я внутри мирового кессона,
и за стенками щёлкает мне водяной соловей;
он ворваться не может, и чувствовать сладко и страшно
мне присутствие близкое быстрого птичьего сердца
и безудержной песни, чудесной, чудовищной глотки,
и бессмысленно слушать, и бешено прыгают мысли.
Никому не сказать, потому что никто не поверит,
что в июне, скрываясь в чащобе ветвей,
ночью дышат вселенские, звёздные дикие звери...
За невидимой стенкой поёт водяной соловей.
Когда в пустыне, на сухой закон -
дожди плевали с высоты мечетей,
и в хижины вползал аккордеон,
тогда не просыпался каждый третий.
Когда в Европе, орды духовых
вошли на равных в струнные когорты,
аккордеон не оставлял в живых,
живых – в живых, а мертвых – даже в мертвых.
А нынче, он – не низок, не высок,
кирпич Малевича, усеянный зрачками,
у пианино отхватил кусок
и сиганул в овраг за светлячками.
Последний, в клетке этого стиха,
все остальные – роботы, подделки,
еще хрипят от ярости меха
и спесью наливаются гляделки.
А в первый раз: потрепанная мгла
над Сеной, словно парус от фелюки…
…аккордеон напал из-за угла,
но, человек успел подставить руки.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
