Что-то уходит, приходит иное. Взамен?
Лучше ли, хуже? Сравнить невозможно – иное.
Разве что тоньше и строже, и платишь дороже,
машешь рукою… и синюю веточку вен
вдруг замечаешь – видней проступила под кожей.
Вот! – откровение – тоньше, слабее покров,
день ото дня проступает ясней откровенье,
скрытое прежде надёжно (ах, боже мой, боже,
хватит ли на зиму горки наломанных дров,
чтобы согреть ими душу – медвежью, берложью…)
…
…в двери настырно звонят, между прочим:
– Открой!
Приоткрываю слегка, говорю, между прочим:
– Ты заходи, друг, попозже, мы всё подытожим,
сразу заплатим за всё – не спеши, дорогой…
– Ладно.
Уходит… потопал наверх... осторожен…
это прекрасное стихотворение, Наташа
не цветочной красотой, но на этой веточке вен все и распускается, и дрожит(как бы не обломалась!), и не ломается - живет и да, согревает не дровами
даже желудем неловко обзывать
будет золотым желудем)
перетащу в свое королевство, будет под присмотром
О, Королева... )
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.