СТИХ УДИВИТЕЛЬНОЙ ДАМЕ, В КРАСНОЙ ШИРОКОПОЛОЙ ШЛЯПЕ, КОРОТКОЙ БЕЛОЙ КУРТОЧКЕ И С ВОЛШЕБНЫМИ ВОСТОЧНЫМИ ГЛАЗАМИ, ЯВЛЕННОЙ МНЕ В КАБИНЕ ТРАМВАЯ МАРШРУТА № 26 НА ОСТАНОВКЕ «ДАНИЛОВСКОЕ КЛАДБИЩЕ» В 19:28 28.10.05
Вечерело. Снежок сыпал тощенький,
Грыз поземкою улицы снулые.
В шарф затравлено спрятавшись скулами,
Выл фонарик на глохнущей площади.
Взляд направо – кладбище Даниловское,
Взляд налево – рок-клуб дымом пьяный,
И пустырь с почерневшим бурьяном,
А в бурьяне - все казни египетски.
Вы! явились в сиянье меж улочек,
Оглашая Вселенную звоном,
В колеснице – гневливом вагоне –
Усть-катавском трамвае с иголочки.
Ваша шляпа, как спелое пламя!
Ваша куртка сродни непорочности.
Гавань истины в мире Непрочности,
Преклоняюсь безмолвно пред Вами!
С Вас писать бы Джоконду и "Гернику",
Не сыскать мне для Вас даже имени...
Ах, спасибо, что довезли меня
От кладбища до улицы Шверника!
Шиповник каждую весну
пытается припомнить точно
свой прежний вид:
свою окраску, кривизну
изогнутых ветвей - и то, что
их там кривит.
В ограде сада поутру
в чугунных обнаружив прутьях
источник зла,
он суетится на ветру,
он утверждает, что не будь их,
проник бы за.
Он корни запустил в свои
же листья, адово исчадье,
храм на крови.
Не воскрешение, но и
не непорочное зачатье,
не плод любви.
Стремясь предохранить мундир,
вернее - будущую зелень,
бутоны, тень,
он как бы проверяет мир;
но самый мир недостоверен
в столь хмурый день.
Безлиственный, сухой, нагой,
он мечется в ограде, тыча
иглой в металл
копья чугунного - другой
апрель не дал ему добычи
и март не дал.
И все ж умение куста
свой прах преобразить в горнило,
загнать в нутро,
способно разомкнуть уста
любые. Отыскать чернила.
И взять перо.
1970
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
