Вода — источник и гробница всего сущего во вселенной.
Платон
Бьётся фарфором вода о ребристую тыкву —
как и положено, в овоще, что в голове,
помыслов нет уничтожить декаду-владыку,
ржавые дни и осколки — зимы снеговей.
Льются слова по осколкам опавших деревьев,
хрустом ломают наглаженность стриженных строф,
и черепков позолота хрустее хореев
кроет восторженный пафос (излишне лавров).
Плавает пафос лаврушкой в туманном бульоне
воздуха дымного полиса — смачен и гож.
Так одиноко в двенадцати душ миллионе —
волглой средой обескожены овощи рож.
Но позолота линяет со стен и со скверов,
город набухший трещит по строительным швам,
Чувства в остатке сухом дон-жуанно мольерны —
шёпотом в шорохе капель: «Аз нынче воздам».
Мой герой ускользает во тьму.
Вслед за ним устремляются трое.
Я придумал его, потому
что поэту не в кайф без героя.
Я его сочинил от уста-
лости, что ли, еще от желанья
быть услышанным, что ли, чита-
телю в кайф, грехам в оправданье.
Он бездельничал, «Русскую» пил,
он шмонался по паркам туманным.
Я за чтением зренье садил
да коверкал язык иностранным.
Мне бы как-нибудь дошкандыбать
до посмертной серебряной ренты,
а ему, дармоеду, плевать
на аплодисменты.
Это, — бей его, ребя! Душа
без посредников сможет отныне
кое с кем объясниться в пустыне
лишь посредством карандаша.
Воротник поднимаю пальто,
закурив предварительно: время
твое вышло. Мочи его, ребя,
он — никто.
Синий луч с зеленцой по краям
преломляют кирпичные стены.
Слышу рев милицейской сирены,
нарезая по пустырям.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
