На холодном оконном стекле
снег с дождем рисуют тебя,
неумело,
белым - по мокро-прозрачному...
Получается только
твой сиренево-любящий взгляд
из-под строгих очков
с сильным минусом.
Я снимаю с окна этот зимний рисунок
и бережно
ставлю в рамку из пихты,
и пахнет, как раньше,
ожиданием нового года
и чуда, которое - ты...
А потом я беру чистый лист
и рисую разлуку:
много маленьких прямоугольников -
письма,
телефонные разговоры -
сверкающей краской, штрихами,
электричку,
в ней множество желтых окошек -
будто ряд светлячков,
шагающих смело во тьму.
А еще я рисую наш город -
с четырнадцатого этажа:
фонари, будто свечки оплывшие,
ночные дороги, пронзенные ярким неоном,
силуэты уснувших на целую зиму деревьев
и страшные сны,
где, как правило, я убегаю-лечу
из темных аллей на спасительный свет,
превратившись в маленькую сатурнию,
и в поту просыпаюсь,
когда прикасается
к обессиленным крыльям огонь...
Всё, рисунок готов. Ты сказал мне вчера,
чтобы я рисовала любовь.
Кузнечик дорогой, коль много ты блажен,
Коль больше пред людьми ты счастьем одарен!
Препровождаешь жизнь меж мягкою травою
И наслаждаешься медвяною росою.
Хотя у многих ты в глазах презренна тварь,
Но в самой истине ты перед нами царь;
Ты ангел во плоти, иль, лучше, ты бесплотен!
Ты скачешь и поешь, свободен, беззаботен,
Что видишь, всё твое; везде в своем дому,
Не просишь ни о чем, не должен никому.
1761 г.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
