Он прижался ко мне под дождём – погреться,
Прогнала бы, да только заныло сердце,
И под взглядом измученных темных глаз,
Растеряла все умные мысли враз.
Нет на свете глупее, чем я, растяпы -
Так купиться на эти четыре лапы!
Заглядеться на куцый, дрожащий хвост,
Будто это не хвост, а Дворцовый мост!
Ну, какой же он грязный, больной, промокший,
Да и дел без него мне хватает, в общем,
Целый ворох проблем и бумажник тощ,
Не помыты полы и не сварен борщ.
Но, представив, что он никому не нужен,
Разделила с дворнягой вчерашний ужин,
И, один на двоих разломив калач,
Постелила у двери свой старый плащ...
Нас тихо сживает со света
и ласково сводит с ума
покладистых - музыка эта,
строптивых - музыка сама.
Ну чем, как не этим, в Париже
заняться - сгореть изнутри?
Цыганское "по-го-во-ри-же"
вот так по слогам повтори.
И произнесённое трижды
на север, на ветер, навзрыд -
оно не обманет. Поди ж ты,
горит. Как солома горит!
Поехали, сено-солома,
листва на бульварном кольце...
И запахом мяса сырого
дымок отзовётся в конце.
А музыка ахнет гитаркой,
пускаясь наперегонки,
слабея и делаясь яркой,
как в поле ночном огоньки.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
