"...и да хранит тебя город Серых Кардиналов"(с) из переписки Е. с П. в майскую ночь
Ну, здравствуй город, семнадцатый невозможный из всех возможных, невстречанных на пути.
Ты пахнешь гарью, смеешься порой тревожно и до тебя мне долго еще идти.
Но я пишу тебе, письма кидая в ящик и пара фраз бьются всполохом наугад,
Ты – не искусственный, ты один такой настоящий. Так что же снова приставил к виску приклад?
Зачем оделся в туманы ночей безумных, в каскады листьев и фрак лишь от палача?
В тебе нелепым оркестром играет шумно смешная кукла безумного куклача.
Почем в продаже сегодня живые лица и сколько стоил вчера твой дрянной оскал
И почему лично сам, а не та столица, его сначала выкрал, потом – украл?..
Сменил ему его память, душу, женил, купил и кому-то пообещал?
А я бежала за ним, все в пути разрушив и рассыпалась, когда он в ночи кричал.
И разрывались лохмотьями перепонки, когда он звездами резал чужую нить.
Ты знаешь, город, голос мой звонкий-звонкий, а тут – хрипела и даже пыталась выть.
И распластавшись по пьяному безнадежью, шептала тихо, что это – дурацкий сон…
И все мелькало и рушилось так безбожно, что эхом билось в груди "это все –не он"…
И мир качнулся, едва удержавшись цепью и мир боялся столь яростного конца.
Он просто выпил меня, застрелил прицельно, и может даже не вспомнит теперь лица.
А ты – спокоен, и все твои Кардиналы молчат угрюмо, им некуда вновь спешить…
Прощай, мой Питер, тебя я так и не знала. Ну, здравствуй, небо…я вновь начинаю жить.
С полной жизнью налью стакан,
приберу со стола к рукам,
как живой, подойду к окну
и такую вот речь толкну:
Десять лет проливных ночей,
понадкусанных калачей,
недоеденных бланманже:
извиняюсь, но я уже.
Я запомнил призывный жест,
но не помню, какой проезд,
переулок, тупик, проспект,
шторы тонкие на просвет,
утро раннее, птичий грай.
Ну, не рай. Но почти что рай.
Вот я выразил, что хотел.
Десять лет своих просвистел.
Набралось на один куплет.
А подумаешь — десять лет.
Замыкая порочный круг,
я часами смотрю на крюк
и ему говорю, крюку:
"Ты чего? я еще в соку”.
Небоскребам, мостам поклон.
Вы сначала, а я потом.
Я обломок страны, совок.
Я в послании. Как плевок.
Я был послан через плечо
граду, миру, кому еще?
Понимает моя твоя.
Но поймет ли твоя моя?
Как в лицо с тополей мело,
как спалось мне малым-мало.
Как назад десять лет тому —
граду, миру, еще кому? —
про себя сочинил стишок —
и чужую тахту прожег.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
