Входишь в утро, как в печальное облако, в серый дым,
Ищешь светлое и прозрачное, горсть воды,
Ищешь памятно, по инерции – кто же там,
Кто встаёт, стебельком колышется по ветрам,
Раздает улыбок взвесь из авоськи чудных билетов-
Сумасшедший счастливый, ласточка на лету.
Входишь в утро ты, как в вечную мерзлоту,
Стынут-стонут и стынут-стонут слова во рту.
Растираешь пальцами стих чудака-поэта.
Растираешь пальцами – что же такое там,
Что как время больно клацает по вискам,
Потому что прежней веры не отыскать,
Потому что новой правды не взять в аренду.
На снегу следы твои ёлочкой, как тогда.
Как в руке вода.
До восхода успели одеться,
За едой второпях рассвело.
На крыльцо выносили Младенца,
Подавали Марии в седло.
И шагнул за ворота Иосиф,
Мимолетного взгляда не бросив
На глухое спросонок село.
Петухи отгорланили зорю,
Гарнизону вручили приказ.
И вошли в обреченную зону,
Облеченные сталью кирас.
Вифлеем пробуждался дворами,
И привычно младенцы орали,
Как и в прежние годы не раз.
Поначалу входили, робея,
Ковыряли копьем как-нибудь.
И бросалась, рыча, Ниобея,
Словно рысь, на железную грудь.
И, обрызганы соком соленым,
По ребячьим мозгам несмышленым
Пролагали отчетливый путь
Виноградари царского сада,
Трудолюбием поражены.
А Иосиф семейное стадо
Уводил по тропе тишины,
По дороге, петляющей круто,
Предъявляя агентам "Сохнута"
Долгожданную визу Жены.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
