***
в синеве в которой звуков
в синема в которой вообще
ходит необъявленный безруков
с зажигалкой маковой в плаще
сигарета облепила губы
но нашарить зажигалку тщась
он лишь выворачивает грубо
грубую материю плаща
и находит дырочку в кармане
и в неё уходит с головой
и теперь его ничто не манит
из большой вселенной плащевой
кроме невозможной красной роли
маковки церковной в синеве
как логин нуждается в пароле
родина читается в герое
Солнце отражается в неве
***
падает
и больно и свободно
утро говорит себе
на птичьем
Если здесь поставить джеймса бонда
неуместным будет неприличным
как любой алкаш патриархальный
в этот снег - роскошный, хоть умри -
словно богом выщипан архангел
водит астон мартин на крови
Когда меня пред Божий суд
На чёрных дрогах повезут,
Смутятся нищие сердца
При виде моего лица.
Оно их тайно восхитит
И страх завистливый родит.
Отстав от шествия, тайком,
Воображаясь мертвецом,
Тогда пред стёклами витрин
Из вас, быть может, не один
Украдкой также сложит рот,
И нос тихонько задерёт,
И глаз полуприщурит свой,
Чтоб видеть, как закрыт другой.
Но свет (иль сумрак?) тайный т о т
На чудака не снизойдёт.
Не отразит румяный лик,
Чем я ужасен и велик:
Ни почивающих теней
На вещей бледности моей,
Ни беспощадного огня,
Который уж лизнул меня.
Последнюю мою примету
Чужому не отдам лицу...
Не подражайте ж мертвецу,
Как подражаете поэту.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
